Грязные чернила. Книга вторая

Лиам качает головой и снимает свою толстовку вместе с футболкой. Я сижу на корточках, и прямо перед моим носом оказываются его мускулистая татуированная грудь и плечи, и я тупо таращусь на его торс, будто никогда в жизни не видела ничего прекраснее, хотя только вчера жадно облизывала его тело. Я бы и сейчас с удовольствием поцеловала его и…

Так, стоп.

Мысленно ругаю себя за очередную слабость и осторожно беру Лиама за руку. Из свежих ссадин сочится кровь, и мне тут же становится плохо. Он точно влип в какую‑то передрягу. Если я – ходячая неудача, то Лиам – ходячая проблема! Почему он всё время с кем‑то дерётся?

– Что произошло?

Харрис резко выдёргивает руку.

– Это тебя не касается.

Он грубит, но я пропускаю его тон мимо ушей.

– Не хочешь – не говори, но с этим надо что‑то сделать, иначе ты тут всё запачкаешь.

– Да плевать я хотел…

– Заткнись, Лиам! Сиди тут, я сейчас приду.

Я быстро иду в свою ванную и возвращаюсь с аптечкой. Харрис сидит в той же позе, но уже в одних трусах, и я сажусь на корточки напротив него. Он не шевелится, и я даже подумываю, что он уснул, но когда касаюсь его руки, он опять начинает вырываться.

– Твою мать, Рид, не трогай. – Он рычит на меня, словно раненый зверь.

– Не дёргайся! – рычу я в ответ и пшикаю ему на раны антисептиком. Он морщится, и я тут же смягчаюсь. – Прости, но ты сам виноват.

Больше он не сопротивляется и сидит тихо, пока я обтираю ему руки влажной салфеткой, дезинфицирую и тонким слоем наношу заживляющую мазь.

– Ну вот, готово. – Я ободряюще ему улыбаюсь и поднимаюсь на ноги, больше радуясь тому, что меня на него не стошнило.

– Милая пижамка. – Харрис в упор смотрит на мои короткие шортики с бананами и усмехается. Затем протягивает руку и указательным пальцем касается моей оголённой кожи на животе. Я тут же делаю шаг назад.

– Похоже, ты в порядке. Спокойной ночи, Лиам. – Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он вдруг обхватывает мои бёдра своими длинными руками, разворачивает обратно и прижимается щекой к животу.

Я замираю на месте и так и стою с аптечкой в руках, не в силах что‑либо сказать или пошевелиться.

– Ох, Рид, – шепчет он, и его горячее дыхание обжигает мне кожу. – Спасибо тебе.

– Пожалуйста. – Я глажу его по голове и высвобождаюсь из цепких объятий. – Ложись спать, Лиам. Я принесу тебе плед.

Я ухожу в свою комнату и пока ищу покрывало, стараюсь успокоиться, но меня начинает потрясывать. Я волнуюсь за него. Он пьян и явно с кем‑то подрался, хотя на лице и теле у него ни царапины.

Искусав себе все губы, я решительно хватаюсь за телефон и звоню Тайлеру. Раз Лиам напился у него в баре, Тай должен что‑нибудь знать.

– Саммер? – Тайлер отвечает после второго гудка, и я с облегчением обнаруживаю, что голос у него не сонный. Значит, я его не разбудила.

– Привет, прости за поздний звонок. Скажи, Лиам сегодня был у тебя?

– Да, ушёл где‑то минут сорок назад. А что?

– Он ни с кем не дрался?

– Нет, но он выпил у меня почти полбутылки виски и ещё одну разбил, идиот. – Тайлер вдруг осекается. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто он сейчас у нас, и у него опять все костяшки разбиты, будто… будто он кого‑то избил, но он не говорит мне, что произошло. Я беспокоюсь.

На том конце провода повисает тишина.

– Он что, всё‑таки пришёл к тебе?

– Ну да, он сказал, что ему нужно где‑то поспать.

– Засранец, я же сказал ему ехать домой. – Тайлер вздыхает. – Ни с кем он не дрался, просто вмазал кулаком в кирпичную стену.

– О боже! Зачем?

– Откуда я знаю, это же Лиам. Саммер, если он достаёт тебя, я могу прямо сейчас приехать к вам…

– Нет, нет, Тай, не нужно, он уже уснул, – вру я. – Поговорим с ним завтра на трезвую голову.

– Ладно, – соглашается Тайлер, снова вздыхая. – Но если вдруг что, сразу звони мне, и я приеду.

– Конечно. Спасибо, Тайлер.

Я возвращаюсь в гостиную, сжимая мягкий плед в руках. В комнате тихо, слышно лишь мягкое посапывание Лиама. Во сне он выглядит таким юным и безмятежным, что у меня сжимается сердце. Накрываю его пледом и осторожно убираю волосы, упавшие на лоб.

Внезапно Лиам открывает глаза и смотрит на меня. Я вздрагиваю от неожиданности. Я была уверена, что он уже крепко спит.

– Привет, крошка. – Он улыбается, и я, не в силах устоять, улыбаюсь ему в ответ и глажу его по щеке. Передо мной сейчас совершенно другой Лиам. Милый, добрый, просто сама невинность. – Полежи со мной немного, твоё присутствие меня успокаивает. – Он прижимается щекой к моей ладони и трётся о неё, словно кот.

– Боюсь, нам двоим тут не хватит места. – Я качаю головой, и он тут же отодвигается к стенке дивана, освобождая для меня достаточно пространства.

Сомневаюсь, правильно ли это, хотя на самом деле понимаю, что очень этого хочу – хочу лежать рядом с этим пьяным нахалом, который так часто меня раздражает. И я всё ещё злюсь на него из‑за вчерашнего разговора. Правда, уже не так сильно, но в этом только заслуга Тайлера.

– Ну же, Саммер. Полежи со мной совсем чуть‑чуть, а когда я усну, можешь уйти. Я не буду приставать, обещаю.

– Ладно. – Я вздыхаю, упрекая себя за то, что вновь ему потакаю, и ложусь рядом. Когда он заснёт, сразу же уйду. Сразу же.

Лиам накрывает нас пледом и прижимается к моей спине, крепко меня обнимая. Я невольно напрягаюсь. Не думала, что этой ночью буду лежать с полуголым пьяным Лиамом в обнимку, особенно после нашей вчерашней ссоры.

Какой же он тяжёлый и горячий, я просто задыхаюсь в его объятиях. Но в то же время мне нравится, как его рука обвивает мою талию и как он прижимает меня к своей груди, будто я нечто ценное для него.

Даже несмотря на то, что он пьян, от него всё ещё приятно пахнет не выветрившимся парфюмом и каким‑то только ему присущим запахом. Что это, мужские феромоны? Этим он цепляет женщин, что они сами падают ему в койку?

Господи, да я же теперь одна из них!