Грязные чернила. Книга вторая

На какое‑то время в салоне повисает неловкая тишина, нарушаемая лишь тихим рокотом мотора. Харрис сегодня до такой степени растерянный и несобранный, что даже музыку забыл включить.

– А почему мы спали вместе? – спрашивает Лиам, не отрывая глаз от дороги.

Его вопрос будоражит и ворошит воспоминания о наших жарких поцелуях и объятиях.

Делаю вдох, исподтишка смотрю на профиль Лиама и тут замечаю на его шее небольшой кровоподтёк, который всё это время прятался под воротником толстовки. Чёрт возьми, я оставила ему засос!

Сердце начинает колотиться в бешеном ужасе. Так, спокойно. Он ведь ничего не помнит. Если спросит, скажу, что уже пришёл с этим засосом от Тайлера.

Харрис смотрит на меня и вопросительно вскидывает брови. Он ждёт моего ответа, а я абсолютно не знаю, что ему сказать.

– Ты попросил меня полежать с тобой, пока не заснёшь, и, видимо, я тоже уснула.

Это почти правда, поэтому я не чувствую угрызений совести. Остальное пусть вспоминает сам. Но было бы гораздо лучше, чтобы вспыхнувшая между нами страсть всё же осталась втайне.

Лиам кивает, похоже, удовлетворившись таким ответом. Вот и славно.

– А почему ты напился?

– У меня было дерьмовое настроение. – Он хмурится и поджимает губы, больше ничего не добавляя.

Мы наконец подъезжаем к зданию школы, я коротко прощаюсь с Лиамом и быстро ретируюсь. В класс я попадаю без пяти минут восемь и не могу сдержать улыбки.

Я не опоздала. Лиам сдержал своё слово.

 

Глава 18

 

 

 

 

Я высаживаю Саммер у школы и еду домой. Моя башка трещит и раскалывается на части, правая рука болит. Я чувствую себя отвратительно.

Ненавижу это состояние. Знал ведь вчера, когда вливал в себя тот дрянной виски, что наутро мне будет плохо, но даже не предполагал насколько. Я нажрался, как свинья, до такой степени, что даже не помню прошлую ночь.

Всё, что я помню – это как вышел от Тайлера и добрался до квартиры, сел на диван, передо мной всё время мелькало встревоженное лицо Саммер и… всё. Дальше абсолютная, кромешная, мать его, тьма.

Надеюсь, я не обидел Саммер вчера и не напугал. Я не хотел этого. Я должен был вызвать такси и уехать домой, но опять потащился к Рид. Зачем?

Не знаю, просто… мне с ней спокойнее.

Добравшись до дома, я глотаю таблетку обезболивающего и встаю под холодный душ. Нужно прочистить мозги, впереди куча дел: опять бесконечные «важные» съёмки и интервью. Я не могу выглядеть сегодня как жалкий кусок дерьма, нечего лишний раз давать повод журналюгам докапываться до меня.

Переодевшись, я иду на кухню, чтобы выпить кофе, и вздрагиваю, увидев там Палмер, мою домработницу. Ей пятьдесят лет, у неё большая семья, состоящая из мужа и пятерых детей. Они все перебрались из Мексики шесть лет назад, бежали от бедности в поисках работы и лучшей жизни.

Палмер приходит ко мне два раза в неделю. Убирается в доме, иногда готовит. Она хорошая добрая женщина, я люблю болтать с ней и слушать её истории, но сегодня я бы предпочёл остаться одному и в тишине.

– Боже, напугала, – говорю я, хватаясь за стул. Меня всё ещё потрясывает с похмелья. Когда это дерьмо закончится?

– Доброе утро, Лиам. – Палмер улыбается и ставит тарелку с ароматным омлетом и тосты на кухонный островок. От вида и запаха моей любимой еды вдруг нестерпимо хочется блевать, и я сглатываю. – Ваш завтрак. Кофе тоже готов.

– Доброе утро, я не ждал тебя сегодня. – Я наливаю себе чёрный кофе и сажусь на стул. Сегодня же понедельник, она всегда приходит по понедельникам, совсем забыл. Всё из головы вылетело. – Спасибо, Палмер.

– Вы в порядке? – интересуется она, обеспокоенно разглядывая моё помятое лицо.

– Да, просто перебрал вчера, обычно я не пью.

Палмер кивает и уходит в гостиную убираться. Она знает, что сейчас меня лучше не трогать.

Я остаюсь один. Так и не притронувшись к завтраку, закидываю в себя две чашки кофе и звоню Тайлеру.

Друг отвечает мне после нескольких гудков:

– Привет‑привет. Как самочувствие?

– Отвратительно, привет, – отвечаю я хрипло и выхожу на задний двор. Сажусь на один из шезлонгов и с удовольствием закуриваю, подставляя лицо под солнечные лучи. – Я нихрена не помню, Тай, после того, как ушёл от тебя. Этот виски просто убойный.

– Когда ты пил последний раз?

– Позавчера выпил два бокала вина с Саммер.

– Я имею в виду, когда ты нажирался в хлам, Лиам.

Я задумываюсь и выпускаю дым.

– Года три назад. Я тогда напился коктейлей с водкой на какой‑то вечеринке, а потом… неважно. В общем, тогда и решил перестать пить. Это даже хуже травы. Зачем люди вообще пьют?

Слышу, как Тайлер усмехается.

– Каждый расслабляется и уходит от проблем в этом мире по‑своему. Ты хотел вчера забыться и забылся. В прямом смысле. Не нужно было тебе начинать с виски и вообще возвращаться к этому, знаешь ведь, как алкоголь…

– Без нотаций, умоляю, – морщусь я, и друг вздыхает.

– Что, совсем ничего не помнишь?

– Одни помехи в голове, как у сраного телека.