Грязные чернила. Книга вторая

Вот же говнюк! Я резко выдыхаю и сажусь на кровать. А ещё этот говнюк только что соврал мне, глядя прямо в глаза. Сказал, что ничего не помнит, но я видела, что он лжёт. А это означает, что теперь он точно знает, что было той безумной ночью, и мои вчерашние сообщения наверняка только убедили его в том, что я на него запала. Надеюсь, Саша хотя бы не растрепала ему, что я влюблена в него с девяти лет.

Я иду в ванную. Шея всё ещё горит от поцелуев Харриса, и я обхватываю её ладонями. Под глазами тёмные круги, лицо красное, как у рака. Хлопаю себя по щекам, тру глаза и собираю волосы в высокий пучок.

Нет, так уши сильно торчат.

Распускаю волосы обратно, чуть взбивая их у корней, и немного замазываю тёмные круги под глазами. Это максимум, на что я способна. Да и какая разница, как я выгляжу, Лиам всё равно уже меня видел.

И не только видел.

Я громко стону, пряча горящее лицо в ладонях. Это всё так неправильно и пошло. Как перестать его хотеть? Как научиться контролировать это безумное желание?

Полагаю, в случае с Лиамом Харрисом – никак.

 

Глава 22

 

 

 

 

Вечер проходит на удивление легко и беззаботно. Я голодная, и пицца на тонком тесте, которую Лиам заказал аж целых три вида, кажется мне вкуснейшим на земле деликатесом.

Мы смотрим ночное шоу с Джимми Фэллоном, обсуждаем знаменитостей и весело болтаем. Лиам с Сашей забавно переругиваются и подначивают друг друга. Мы с Харрисом общаемся и шутим, как самые настоящие друзья, несмотря на то, что было в моей комнате некоторое время назад.

Подумав об этом, я невольно задерживаю на Лиаме взгляд и вспоминаю нашу ссору про невозможность дружбы между нами. Он был прав, и сейчас я это отчётливо понимаю.

Я не могу дружить с Лиамом, потому что он слишком красив, чтобы быть просто другом.

Я не могу дружить с Лиамом, потому что меня тянет к нему со страшной силой.

Я не могу дружить с Лиамом, потому что с ним мне хочется большего.

Я не могу дружить с Лиамом, потому что влюблена в него.

Когда я просто смотрю на его губы, внутри меня вспыхивает пламя, а в моей глупой голове тут же появляются непристойные мысли и желания. Я никогда такого не испытывала, смотря на губы Сэма, а мы ведь тоже целовались.

Отвожу взгляд от лица Харриса и тупо смотрю на экран телевизора. Чувствую, что Лиам тоже теперь на меня смотрит, и мне так хочется пробраться в его голову и узнать, о чём он в этот момент думает. Если бы мне предложили выбрать суперспособность, я бы точно выбрала возможность читать мысли.

– Кстати, всё хотела спросить, откуда это у тебя? – спрашивает Саша Лиама, указывая на его шею. Я тут же вся покрываюсь холодным потом.

– Не помню, – пожимает плечами он. – И не мешай мне смотреть телевизор, раздражаешь.

Саша закатывает глаза, но замолкает, и я испытываю облегчение, что она от него отстала.

Не верю, что Лиам ничего не помнит. Он явно издевается над нами обеими. Как вывести на чистую воду засранца?

Мы досматриваем шоу, и Лиам переключает канал на какой‑то фильм.

– О боже, я так объелась. Глупая пицца опять меня одурманила, – стонет Саша, развалившись на диване и медленно поглаживает себя по животу. – Если Эми узнает, что я ела, она меня сама сожрёт.

– Как она узнает? – спрашиваю я и беру ещё один кусок. Всё‑таки хорошо, что я не пошла в модели, а то мучилась бы сейчас с такой же Эми.

– Унюхает «Пепперони», она прямо как собака! Ну или поставит меня на весы.

– Твоя Эми такая зануда, как ты её терпишь? – Лиам тоже засовывает в рот целый кусок и от удовольствия закатывает глаза. – Ты и так тощая, – бормочет он с набитым ртом. – Она просто завидует вам, потому что вы можете есть всё и не толстеть, а её наверняка разносит от каждой съеденной конфетки, которую потом приходится часами отрабатывать в зале. Или у неё недотрах. Она так на меня смотрела сегодня, как будто хотела наброситься и сожрать.

– Ты настоящий идиот. – Саша кидает в него подушку, но он ловко ловит её одной рукой. – Мы не можем есть всё и не толстеть, мы люди, а не роботы, Лиам! И у Эми, вообще‑то, есть муж, а на тебя ей плевать.

– Ну, тогда он явно её не трахает. Почему она всё время такая злая?

– Она не злая, это ты озабоченный. Может, это у тебя недотрах? Все мысли только о сексе. Скажи, Сам? – Саша бросает на меня многозначительный взгляд, выпучивая свои янтарные глаза. Я в ответ выпучиваю свои на неё, мол, не втягивай меня в этот нелепый разговор.

– Может, и есть чуть‑чуть. – Лиам, не замечая наших гляделок, широко улыбается и растягивается на полу под нашими ногами.

Мне совсем не хочется принимать участие в их беседе, но и уходить я тоже не хочу, потому что он здесь, и мне от этого так спокойно. Его голова теперь находится совсем рядом с моей лодыжкой, протяни я руку – и коснусь его мягких волос.

Но Лиам вдруг сам меня трогает. Осторожно проводит пальцем по косточке, и всё тело тут же откликается мурашками на его прикосновение.

Лиам обхватывает мою ступню своей огромной рукой и нежно гладит её большим пальцем.

Это так приятно. Слишком приятно. И я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать от удовольствия. Что на него вдруг нашло?

Я смотрю на Харриса, но он опять отвернулся к телевизору, будто не делает ничего особенного. Саша смотрит на нас и рисует в воздухе сердечки. Я злобно прищуриваюсь, провожу большим пальцем по своей шее и тычу в неё.