Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

– Грибами врон отравилась, дурёха, – фыркнула Горха, её жёлтые глаза блеснули злорадством. – Неудивительно, что память отшибло. Вечно лодырничала в своей Академии, даже свойств растений не выучила.

– Академии? – простонав, я обхватила голову руками, чувствуя, что разум медленно, но верно съезжает с катушек. – О чём вы вообще говорите?

Горха обнажила клыки в подобии хищной усмешки, явно забавляясь моим растерянным состоянием, но всё же неохотно, с видимой снисходительностью продолжила:

– Ты Эмма, маг‑бытовик. Четыре года просидела в Академии, ничему толком не научилась. После выпуска все маги‑бытовики обязаны отработать год на благо королевства. Сильные получают хорошие места при дворе или в богатых домах, слабые – такие, как ты, – попадают к нам, на самую границу цивилизации. А ещё ты съела грибы врон! Все знают, что они одурманивают разум и стирают память, а ты, с дипломом Академии, слопала целую миску.

Я смотрела на неё широко раскрытыми глазами, не решаясь даже моргнуть. Она говорила с такой убеждённостью, таким знанием деталей, будто я действительно должна была помнить всё это до мельчайших подробностей. Но в моей голове была только авария и этот странный, чужой мир. Что, чёрт возьми, со мной происходит?

– И… что я должна здесь делать? – голос звучал чужим, надломленным. Я обхватила себя руками, внезапно ощутив озноб, словно кто‑то открыл дверь в зимнюю вьюгу.

– Выполнять контракт, – пророкотала Горха. – Год обязательной службы кухаркой в нашей общине.

– А если я не хочу? – вопрос вырвался сам собой, хотя по выражению орочьих глаз я уже догадывалась об ответе.

– Выбора нет, человечка. Ты подписала магический контракт собственной кровью. Попытаешься сбежать – контракт высушит твою кровь и медленно выпьет жизнь. Да и куда ты пойдёшь? – она презрительно махнула огромной лапищей в сторону окна. – Ты слабая человечка, в диком лесу тебя сожрут звери или нападут разбойники, если раньше не умрёшь, не выполнив условия контракта.

– И что конкретно от меня требуется? – спросила я, судорожно сглотнув комок в горле и почувствовав, как потеют ладони.

– Готовить еду для воинов, живущих в общем доме, – прорычала Горха. – Для тех, у кого нет семей или чьи семьи остались далеко. Три раза в день, без выходных и праздников. С продуктами здесь туго: Сарготская община находится на самой границе с вражеским королевством, торговцы сюда не суются. Но зато никто особо не придирается ко вкусу, – она оскалилась ещё шире, и я поёжилась.

– Это и есть кухня?

– Да, – кивнула Горха, громыхнув украшениями в косичках. – А за кухней твоя комната. Удобно, встал – и сразу на работу. Никаких отговорок. У тебя есть два дня на подготовку, – пояснила Горха. – На третий день будешь готовить пробный ужин для совета старейшин. Если справишься, начнёшь кормить всю общину.

– Всего два дня? – переспросила я, чувствуя панику.

– Обычно новым кухаркам даётся только день, – проворчала Горха. – Но ты отравилась грибами, так что получаешь поблажку.

– Я… я даже не помню, как готовить, – пробормотала я и огляделась по сторонам, пытаясь осознать происходящее.

Помещение, которое предстояло считать моим рабочим местом, с трудом можно было назвать кухней. Скорее это походило на заброшенный сарай, наспех приспособленный для готовки. Стены из грубого серого камня покрывал толстый слой копоти и жира – наследие бесчисленных готовок. В нескольких местах виднелись тёмные пятна неопределённого происхождения, и я поспешно отвела взгляд.

Кроме уже знакомого мне грубо сколоченного дубового стола, изрезанного ножами до состояния поля боя, пары табуретов и старого сундука с железными набалдашниками, в кухне больше ничего не было. В углу у двери стояла почерневшая от времени бочка с водой – судя по зеленоватым разводам на её боках, воду меняли крайне редко. Рядом валялись мешки с чем‑то, что в полумраке могло быть зерном или мукой.

Закопчённая печь зияла чёрной пастью в дальнем углу. Единственным источником освещения служили тлеющие в ней угли да крохотное окошко под потолком, затянутое промасленной бумагой. Красноватые отблески пламени метались по стенам, превращая кухню в подобие преисподней.

На полках валялась утварь: несколько глиняных мисок с трещинами, медный кувшин, покрытый зеленоватым налётом, да пара ножей с зазубренными лезвиями. Всё покрывал толстый слой жира и копоти. Воздух был тяжёлым и удушающим – смесь дыма, прогорклого жира, затхлости и чего‑то неприятно животного.

Земляной пол, утрамбованный до твёрдости камня, покрывал слой соломы и опилок. Кое‑где чернели пятна – следы пролитых жидкостей, о природе которых я предпочитала не думать.

– А где остальные люди? – спросила я, всё ещё надеясь, что не одна в этом кошмаре.

Горха смерила меня таким взглядом, что я съёжилась.

– Я же сказала, тупая человечка: ты ЕДИНСТВЕННЫЙ человек в общине. Все остальные – орки. Как я. Прими это быстрее, легче будет.

И тут до меня окончательно дошло. Я действительно в каком‑то другом мире. В месте, где живут только орки – огромные, клыкастые, зеленокожие существа из кошмаров. И они утверждают, что я какая‑то Эмма, выпускница Академии магии, которая должна готовить для целой общины этих монстров.

– Когда я должна… начать готовить? – с трудом выдавила я.

– Послезавтра, – Горха поднялась во весь свой устрашающий рост. Она была не меньше двух метров и, казалось, заполняла собой всю комнату. – Предыдущие кухарки не задерживались дольше трёх месяцев.

– Что с ними случилось? – осторожно спросила я, хотя уже догадывалась.

– Сбежали, – пожала широкими плечами Горха. – Предпочли смерть от нарушенного контракта, чем готовить для орков. Одна даже до леса успела добежать, прежде чем магия высушила её дотла. Нашли только мумию.

Я судорожно сглотнула, представив высохшие останки предыдущей кухарки. Перспектива не радовала.

– А почему здесь нет других людей? Почему именно орки?

– Орки Сарготы – лучшие воины, – в голосе Горхи прозвучала неприкрытая гордость. – Мы защищаем границы королевства от врагов. Людям здесь не место – слишком опасно, слишком суровые условия. Мы живём на краю королевства, – её глаза блеснули. – Но нам нужны особые силы для битв. А для этого нужна особая еда, которая поддерживает нашу боевую ярость. И готовить такую пищу могут только люди с каплей магии, поэтому сюда и присылают слабых магов‑бытовиков вроде тебя.

Она направилась к двери, громко топая тяжёлыми сапогами, но на пороге обернулась:

– Ужин обычно в шесть. Найдёшь общий зал – большая дверь в конце коридора. Не опаздывай. Воины не любят ждать, особенно после тренировок, и тебе ничего не достанется.

Дверь захлопнулась, и я осталась одна. Грудь сдавило от ужаса, и я, наконец, дала волю слезам. Всё это казалось кошмарным сном, но ощущения были слишком реальными: запах протухшей птицы, холодная каменная стена за спиной и горечь травяного отвара на языке.

 

Глава 2