Не драконьте принца!

Мы прошли в заповедник, в лабораторию, прилегающую к кабинету. Учитель вывел кролика из стазиса, а затем прочно закрепил его лапки, чтобы не шевелился. Нам нужно было взять немного жидкости из слёзного канала для окончательного этапа.

– Теперь сюда, – магистр прошёл с пипеткой и добавил пару капель в небольшую колбу на магохимической установке.

Содержимое зашипело и тут же пришло в движение – жидкость побежала по трубочкам, местами пенясь и даже меняя цвет на пурпурно‑синий – и именно эти капли начали очень медленно оседать на дно заранее подготовленной для зелья склянки.

– Через два часа зелье настоится и будет готово к употреблению, – довольно кивнул магистр. – Ты молодец, отлично справилась. Только не пей его сразу, а лишь когда будешь покидать территорию Хандербуга – нужно как можно позже дать понять герцогу, что его маячок на тебе больше не работает.

Я глубоко вздохнула, осознавая всю тяжесть предприятия, которое мне предстоит провернуть. Но я хочу свободы! Более того – герцогиня не единственная, кому страшно. Мне тоже с каждым днём становилось всё более боязно.

– Спасибо, учитель, – прошептала я, с признательностью глядя на магистра. – Вы столько для меня сделали.

Мужчина отвёл взгляд и сглотнул.

– Не за что, Джесселин. Я не могу больше смотреть, как ты погибаешь взаперти. Тем более…

Он осёкся, не договорив, но я и так понимала, о чём он: меня могли в любой момент убить, если, например, Эрелин смертельно заболеет или её ранят. Тогда станет понятно, что от проклятия избавиться не удастся и… выберут не мою жизнь. Определённо не мою.

– Всё равно спасибо, – ответила тихо и сжала ладонь магистра. – А что будет с вами? Если герцог узнает, что к моему побегу причастны вы…

– Он узнает, – хмыкнул Кеос и внезапно положил ладонь на мою щёку. Раньше он не позволял себе подобных нежностей. – Но не волнуйся за меня, Джесси. Мой контракт истекает через две недели, я просто покину Фаргос и устроюсь в какой‑нибудь другой заповедник.

– А как же ваши подопечные? – спросила я расстроенно. Мужчина убрал руку, а я – отпустила его ладонь. – Что будет со всей живностью в заповеднике?

– Думаю, герцог быстро найдёт мне замену.

– Мне так жаль. Вы стольким ради меня жертвуете… Поверьте, когда‑нибудь я обязательно вас отблагодарю!

– Договорились, – весело откликнулся мужчина и подмигнул. – Обязательно найду тебя для уплаты долга.

Я рассмеялась.

– Я уже выбрала направление, – призналась я и закусила губу. – Но боюсь вам сказать, потому что герцог может быть слишком жесток и прибегнет к ментальному воздействию.

– Поэтому и не задаю лишних вопросов, – понимающе кивнул Тирон и посмотрел на напольные часы. – Тебе пора, Джесси. Зелье будет у меня. Встретимся в назначенном месте.

– Спасибо, – кивнула я и собралась уйти, но вдруг вспомнила.

Развернулась и извлекла из кармана золотую пластину, показав её магистру. Кеос посмотрел на неё с интересом, затем в упор взглянул на меня.

– Где ты это взяла?

– Нашла в лесу.

– В лесу, – задумчиво протянул он. – Это чешуйка золотого дракона.

– Дракона? – изумилась я, приоткрыв рот. – Но они ведь вымерли. Точнее, покинули наш мир более тысячи лет назад. Об этом во всех учебниках написано.

– Чешуйка может быть старой, но… – магистр нахмурился, – эта выглядит совсем свежей… – Он тряхнул головой и улыбнулся, словно боялся развивать эту тему. – Хотя кто разберёт чешуйки золотых драконов. Но это хорошие обереги и накопители. На чёрном рынке чешуйки стоят баснословно много…

Он осёкся. В этот момент, как назло, дверь в пристройку открылась.

– Под стол, живо! – шепнул магистр и буквально сам меня затолкал вниз, впихнув мне в руки чешуйку, а после присел на край столешницы с другой стороны.

Дверь открылась, и я увидела чёрные туфли и строгие брюки. Посмотреть на вошедшего в полный рост с моего ракурса не представлялось возможным.

– Магистр Кеос, – услышала я до боли знакомый голос, и моё сердце сжалось, как бывает всегда при встрече с этим человеком. – Ты ещё здесь? Рад, очень рад. У меня к тебе важный разговор.

– Вы выбрали не самое лучше время, ваша светлость, – откликнулся учитель. – Я уже ухожу, чтобы успеть подготовиться к маскараду.

– Я не отниму много времени, – отозвался герцог Роксвел Эндервуд с некоторым пренебрежением. – Я заходил в псарню и вдруг вспомнил, что ты так и не подал заявление на продление контракта. Осталось две недели… или мне заняться поиском нового смотрителя заповедника?

– Ваша светлость, просто в последнее время было столько дел, что я не успевал, – откликнулся почти искренне. Он тянул с решением, чтобы дать мне время сбежать, пока герцог ничего не заподозрил. – Завтра утром я зайду, и мы подпишем документы.

Роксвел молчал. Мне не нравилось это молчание. Внезапно он сделал шаг вперёд. Я не видела, но почувствовала напряжение, витающее в воздухе.

– Тирон, я видел, как ты смотришь на мою дочь.

– Эрелин? – притворно изумился учитель.

– Другую дочь, – с нажимом на первое слово повторил герцог. – Даже не мысли об этом. Через год, если они обе выживут, Джесселин станет моей второй наследницей. Мы победим проклятие, а я найду дочери подходящую партию.

Я никогда ничего подобного не слышала от герцога. Он вообще со мной не разговаривал, не приближался ко мне, в отличие от пышущей злобой герцогини, и тут… такие новости? Он собирается использовать меня как разменную монету?

Однако греет душу то, что он всё‑таки надеется, что мы обе выживем. Вот только возможно ли будет после всего, через что я прошла, счастливое воссоединение семьи? О, ваша светлость, вы слишком оптимистично настроены.

Интересно, а о каких мыслях Кеоса он говорит?

– Внезапно, – выдохнул учитель. – Неужели выгодного брака одной дочери вам не достаточно? Она станет будущей королевой Рамании – самого большого королевства нашего мира, весьма богатого. К чему вам управлять судьбой второй дочери? Не хотите дать ей кусочек счастья после всего, через что ей приходится проходить каждый день?

– И этим счастьем планируешь стать ты? – хмыкнул отец, а я вновь ничего не поняла.

Он ведь не намекает на мои отношения с магистром? Это просто глупо! Он – мой учитель, наставник, человек, который заботится обо мне. Лишь со стороны может выглядеть иначе.

– Не важно, кто, главное, что это будет её выбор, – уверенно сказал Кеос.

– Упрямец! – заявил несколько раздражённо его светлость. – Надеюсь, мы друг друга услышали. Буду ждать тебя на маскараде, а завтра утром – в своём кабинете.