LIB.SU: ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

Неправильный лекарь

– Ты опять?

– Да я не в этом смысле, – фыркнул он, – не перед дядей Борей помолиться, а вообще. Налей ещё кофе, пожалуйста.

– Сам налей, всё на столе.

 

 

 

 

 

 

Глава 5

 

Илья хорошенько подкрепился и ушёл по своим делам. Стажёрам опаздывать на рабочее место непозволительно, даже если это друг сына владельца клиники. А точнее тем более. Я остался в кабинете один. Привёл в порядок свой внешний вид, причесался, побрился, благо великолепный санузел оказался прямо здесь же, странно, как я вчера не заметил эту дверь, и сел на диван с книгой в руках, которая оказала на меня снотворное действие накануне. Ожидание было томительным, но чтение немного отвлекало от дурных мыслей. Этот этап всё равно неизбежен, придётся пройти.

Борис Владимирович пришёл ко мне в кабинет сам. Моё беспокойство мгновенно сняло как рукой, сразу чувствуется специалист высокого уровня. Настроение явно изменилось под его воздействием. Непременно надо научиться так делать, чтобы даже самые тревожные и буйные пациенты мгновенно приходили в состояние полного благодушия. Это уже половина успеха от дальнейших действий.

Это был мужчина средних лет, ростом чуть ниже меня, с аккуратной относительно короткой седоватой причёской и очками в тонкой золотой оправе. Умное чуть полноватое гладко выбритое лицо с проницательным взглядом.

– Доброе утро, Александр Петрович, – приятным бархатистым тенором, которого одного уже достаточно, чтобы успокоить взбесившегося быка, произнёс он, усаживаясь на стул напротив дивана, где я в этот момент расположился с книгой в руках.

– Доброе, Борис Владимирович, – ответил я, а сам судорожно соображал, надо ли встать и поздороваться за руку или у них так не принято. Решил оставаться на месте.

– Как Ваше самочувствие сегодня?

– Да с самочувствием как раз всё прекрасно. Бодр, здоров и весел. Только с памятью проблемы, как корова языком слизала.

– Об этом мне Ваш батюшка сообщил уже сегодня утром. Поэтому наш с Вами рабочий день начнётся не по расписанию, – он смотрел на меня спокойно, но казалось, что видит всё, что происходит у меня в голове. – Давайте лучше продолжим в моём кабинете, там более подходящие условия.

Рабочий кабинет мозгоправа тоже находился на втором этаже, но почти в противоположном конце. Встретившиеся по пути пара медсестёр учтиво приветствовали меня и спешно уходили прочь. Всё, как и вчера. Можно было бы снова начать переживать по поводу того, что я тут натворил, но не получалось благодаря одному присутствию Корсакова поблизости.

– Проходите, Александр Петрович, располагайтесь на том уютном зелёном кресле у окна, а я приду буквально через минуту.

Я послушно проследовал в указанном направлении и сел, а точнее практически лёг в кресло, по конфигурации напоминающее стоматологическое, только гораздо комфортнее. Пока я здесь один, есть возможность осмотреться. Всё в кабинете навевало благодушие и спокойствие. От цвета обоев до предметов мебели и декора. Вроде бы всё красиво, солидно, изящно, достаточно строго, а успокаивает. Может тоже магия участвует? А что, вполне возможно. Или какие‑нибудь амулеты, артефакты.

Поразило количество книг на полках, закрытых тонированным стеклом. Угадывались лишь ряды позолоченных корешков, надписи разглядеть было сложно. Уважаю людей, которые любят дорогие книги и бережно к ним относятся.

Вошёл Борис Владимирович, придвинул ко мне поближе рабочее кресло на колёсиках и уселся рядом со мной, взяв меня за руку. Странно, я думал, что он встанет в изголовье и положит ладони мне на виски. Снова сломанные стереотипы, уже не привыкать.

– Александр Петрович, сосредоточьтесь, постарайтесь хоть что‑то вспомнить из того, что я буду спрашивать. Говорите первое, что придёт в голову.

– Хорошо, я готов, – невозмутимо ответил я, хотя у самого внутри всё начинало вибрировать при одной мысли, что он сможет вывести меня на чистую воду. Тогда новая жизнь скорее всего покатится в тартарары. Дал сам себе обещание стараться не ляпнуть ничего лишнего. Правда очень сомневаюсь, что это как‑то поможет.

Корсаков отпустил мою руку, подкатил кресло ближе и положил ладонь мне на лоб. По телу разлилась волна приятной слабости. Ага, и такое оказывается бывает. Я почувствовал себя парящим в облаках. Словно сквозь сон я слышал спокойный голос мастера души, как его назвал Виктор Сергеевич. Даже чувствовал, как шевелятся мои губы и язык, я ему что‑то отвечал, полностью отпустив ситуацию из‑под контроля, я просто физически не мог ничего контролировать. Что самое интересное, я даже не смогу воспроизвести ни одного вопроса и ответа, словно это происходило не со мной и не рядом даже. Единственное, что чётко помню – страх. Я теперь был уверен, что мастер души знает обо мне гораздо больше, чем мне бы хотелось. Моя жизнь теперь висит на волоске и полностью зависит от того, что будет делать мозгоправ с полученной информацией.

Когда я открыл глаза, Борис Владимирович уже убрал от меня свою руку, откинулся на спинке кресла и задумчиво смотрел мне в глаза. Я сделал то же самое и молча ждал, когда он начнёт говорить. Так продолжалось несколько бесконечно долгих минут.

– Ну что ж, Александр Петрович, если позволите себя так называть, – спокойно сказал он, словно мы перед этим обсуждали особенности Питерской погоды за последний год. – Случай очень интересный и крайне неординарный. Я до сих пор в раздумьях, что со всем этим делать.

Он замолчал, продолжая изучать меня взглядом, как рентгеновским лучом. Создалось впечатление, что он ждёт, когда я не выдержу и заговорю первым. Но, я продолжал держать язык за зубами, подожду его вердикта, каким бы он ни был.

– Какие планы на будущее? – нарушил он звенящую тишину.

– Всё зависит от Вас, Борис Владимирович, – спокойно ответил я и снова замолчал.

– Предлагаю такой вариант, – произнёс он, поднявшись с кресла и подходя к столу. – Эту информацию, если я правильно понимаю, знают только два человека. И оба они находятся в этом кабинете. Пусть все тонкости процесса переселения душ останутся в этих стенах. Того, что я увидел достаточно, чтобы испытывать к вам скорее симпатию, чем что‑либо другое, а того Сашу уже не вернуть. Что ж поделать, он сам виноват. Здесь никто не знал про этот амулет, а теперь поздно пытаться что‑то изменить. Да ещё это покушение, последняя капля.

– Спасибо, что решили дать мне шанс, – кивнул я и снова затих, ожидая, что он ещё скажет.

TOC