Отказная жена Феникса или Карьера дерзкой попаданки

Сама не заметила, как в боевой позе, со сковородкой в руке, зависла над забившейся в угол Нэнси. Дерси пыталась оттащить меня от экономки, схватив за талию, Динфэй – выколупать экономку из убежища, одновременно заслоняя от карающей сковороды, а Алисси прыгала вокруг с веселым лаем.

– Нэнси, Нэнси, – скорбно повторял Динфэй. – Зачем ты так? Извинись. Повинись перед хозяйкой.

– Я ее сейчас… зашибу! – орала я.

– Убивают! – верещала тэнья Гроуз. – Да ничего вашему ублюдку не сделается – покашляет и все!

Динфэй вдруг встал между нами и умоляюще развел руки:

– Перемирие!

– Ладно, – согласилась я.

Команды разошлись по углам и принялись сверлить противников глазами.

Нет, Нэнси все‑таки ничего не брало, очевидно, она полагала себя бессмертной.

– Порошок энто магический, – подтвердила экономка, отдышавшись. – Чтобы все видели, кто оборотень! Все видели?

– Ну видели, – отозвалась я. – И что?

Тэнья Гроуз на миг растерялась – не такого эффекта она ожидала – и высокомерно бросила:

– Мерзость богохульная!

Затем экономка снова осквернила чистый пол, украсив его плевком. Зря я убрала сковороду в шкаф.

– Вам‑то и ничего, вы‑то небось знаете, с кем… по лесам бегали. А вот некровиты заинтересуются.

– Некровиты? – насторожилась я.

– Маги, – шепнула мне на ухо Дерси. – Ищут оборотней, чтобы те помогали нежить ловить. Королевский указ.

– Мне не сложно, – глумливо продолжила тем временем экономка. – Чего делов‑то? Бумагу правильную составить в Атрибуцию – и придут по вашу душу. Детеныша заберут магам на забаву, а вас… как решат. Нечего было тут тварей плодить.

– Нэнси, – поморщилась я, – чего ты от нас хочешь? Что не так?

– Денег хочу. За труды свои каждодневные. Нечто мне ораву такую обслуживать по силам? Не молодая уже. На старость откладывать надобно, а тут разве копилочку пополнишь? Одни расходы и беспокойство.

– Хорошо, – покладисто кивнула я. – Сколько тебя устроит?

Крошечные глазки женщины заблестели:

– А десять золотых змей в месяц как раз и устроят. А уж как вы со своим мужем бывшим договоритесь, не мое дело.

– Побойся богов, Нэнси, – ахнул Динфэй. – Где ж ты такое жалование видала?

– Это они пусть боятся, – фыркнула Нэнси. – А по мне все честно.

– Ладно, – к удивлению Дерси, миролюбиво согласилась я. Помощница даже ахнула от возмущения. – Золото у меня есть. На несколько месяцев хватит, а там мы что‑нибудь придумаем.

 

… – Ты что удумала? – Дерси от шока даже перешла на «ты» и не вернулась к прежнему обращению даже спустя несколько часов. – Это ведь все, что у нас есть! И семена. И ты все отдашь Нэнси?

– Все равно уже осень, – попробовала оправдаться я. – Чтобы что‑то посадить, придется ждать весны.

– Вот именно! На одной рыбе не проживешь, если она вообще здесь ловится. Я, между прочим, старую теплицу в саду нашла. И лампы оранжерейные, магические, работают еще! Нужно только стекла вставить и будет у нас зимний огород.

– Отличная идея! – с фальшивым энтузиазмом воскликнула я. – Правда, Габби?

Мальчик неуверенно кивнул. После ухода Нэнси и Динфэя я не стала его расспрашивать, просто усадила к себе на колени и обняла.

– Ты им меня не отдашь? – прошептал ребенок.

– Нет, конечно.

– Но я… перевертыш. Я боялся сказать, думал, все меня… испугаются.

– Правильно делал, что молчал. Очень тебя понимаю. Или ты думаешь, у меня своих секретов мало?

– Много?

– Клянусь. Но я тебе все расскажу… со временем.

 

… – Ты что‑то задумала? – прищурилась Дерси. – Ты задумала… оставить нас без денег!

– Ну, – протянула я. – Кое‑что у нас все‑таки сохранилось. С голоду не умрем.

– Что? – Дерси побледнела. – Кое‑что?

– Я просто сказала Нэнси, чтобы она поднялась ко мне в спальню и сама взяла плату за месяц из бархатного мешочка с золотом. А потом она куда‑то быстро засобиралась… А потом пошла, с большим таким чемоданом, по дороге к переправе.

– Полсата золота, – простонала девушка, схватившись за голову.

– Ну не совсем, – из складок юбки я извлекла мешочек попроще, без золотой вышивки, зато содержащий в себе дюжину золотых монет, которые я переложила из суммы за продажу украшений. – Я насыпала на дно немного серебра для веса. Боялась, конечно, что Нэнси начнет пересчитывать, но понадеялась, что она будет очень спешить. Так и вышло.

– Ты все заранее спланировала!

– Не все. Но я знала, что она не смирится и займется Габриэлем. Он наше слабое звено. А не поддаться искушению… Нэнси сама не из тех, кто держит слово, и не верят, что его сдержат другие. Мы действительно ее утомляли, а тут полсата орлов королевской чеканки – как не взять?

– И что теперь? – встревоженно уточнила Дерси.

– Теперь МЫ заявим в Атрибуцию… это ведь у вас что‑то вроде администрации? Сообщим о краже. Если Нэнси захочет на нас настучать некровитам, ее тут же схватят. На мешочке и золоте – отпечаток мейста Смита, ювелира. Достаточно его проверить, и тэнье Гроуз придется отвечать по закону. Соврать не получится. Я, естественно, заявлю, что деньги украли. Поскольку ни капли не совру, любая экспертиза подтвердит, что говорю правду. Я разрешила ей взять десять золотых, а не полсата золота.

Дерси плюхнулась на стол, немо разевая рот.

Разумеется, все это придумала не я сама. Пришлось проконсультироваться у О’Дулли, воспользовавшись утром его хорошим настроением. Эльф благодушно одобрил мой план.

Честную женщину, потомка рода, верой и правдой служившему Люминорам, Гнездо и Кодекс Измененных защищали бы от любых бездоказательных обвинений, но воровство сразу вывело Нэнси из‑под опеки рода. На преступников благодать фениксов не распространялась.

– А теперь пойдем посмотрим твои теплицы, – предложила я.

… – Деньги, – всю дорогу стонала Дерси.