Пепел доверия

Оживленная безликая улица, но возможно и московская, в любом случае как минимум город миллионник, судя по количеству людей на улице и ее солидной ширине. Время дневное, солнечно. Камера установлена на солидной высоте, поэтому фигурки кажутся мелкими, зато видно всю панораму и сразу понятно, что и как началось. А началось все буднично просто – один из идущих к подземному переходу мужчин вдруг выронил пакет, схватился рукой за решетчатое ограждение, его серьезно повело, и он едва удержался на ногах. В этот момент вокруг него на видео появилась красная рамка, наверняка добавленная уже позднее – хотя я сразу заметил этой микросбой в стройном движении людской массы. Мужчина постоял так, шатаясь, к нему шагнуло несколько как всегда сердобольных наших женщин, подхватили его под руки, наклонившись, что‑то начали спрашивать. Другие шли мимо, кто‑то махнул рукой – пьяный мол, что переживаете зря. И в этот момент мужчина рванулся, вывернулся из сочувственной хватки, схватил одну из женщин за голову и с силой дернул вниз… впечатав голов в железный шар ограждения. Все случилось буквально мгновенно. А он повторил свой страшный удар, выронил обмякшее тело и бросился на вторую жертву, продолжавшую стоять столбом. Повалив ее, уже виденным мной приемом схватил ее одной руками за шею и вроде как вгрызся ей в лицо – слишком далеко была камера, чтобы утверждать наверняка. Только сейчас прохожие отмерли, кинулись на помощь несчастным женщинами. Первыми подоспели вроде как военные моряки – если я правильно опознал их белую форму. Они шутя оторвали сопротивляющегося мужика, оттащили его, прижали к ограждению, другие склонились над женщинами – одна вяло шевелилась, другая была неподвижна. А удерживаемый мужик извивался, лягался, бился изо всех сил, стараясь вырваться и угомонился только после очень сильного четкого прямого удара в челюсть – голова упала и безвольно заболталась. Ударивший отступил на шаг, те, кто держал, начали опускать агрессора на асфальт, видимо ослабив хватку и этого хватило, чтобы внезапно «оживший» ублюдок – а как еще назвать эту тварь? – подскочил, вырвал одну руку, тут же вцепившись в горло матросу, а зубами ему в лицо. И снова заметались люди, тот с мастерским ударом уже просто пнул, отшвыривая спятившего, а затем на него навалилось человек пять, скрыв его своими телами.

Дальше…

Сцены нападения и убийства показано не было – но и то и другое имело место. Неизвестный, снимавший делал это тайно прямо из окна запаркованной у дома машины. Камера дергалась, качество было паршивым, но этого было достаточно, что увидеть главное – как одну за другой из подъезда выносят прикрытые окровавленными простынями полностью закрытые тела, грузя их в три машины скорой помощи. Тут же были полицейские, одного из них рвало в палисадник, на лавке раскачиваясь сидел подросток с перепуганным лицом, баюкая у груди руку, замотанную вроде как в наволочку с пятнами крови. Из сбивчивого шепота неизвестного оператора становилось ясно, что в доме произошло нападение, напала женщина, поубивав буквально всю свою немаленькую семью, последнего из них добив, когда мальчишка выбежал в подъезд – ее сын. И там же она наткнулась на вон того сидящего на лавке подростка, начав его бить и грызть, но на помощь выскочил его отец, оттащившую безумную дуру – так она и его уделала так, что сильного мужика увезли на реанимобиле с открытой ЧМТ. Откуда блогер знал столько подробностей он пояснять не стал и отрубил запись сразу же, как только к машине зашагал один из полицейских.

Таких вот видео я нашел с десяток, но большинство из них были из разряда «постфактум» – максимум что показывали так это пятна крови на асфальте, моргающие мигалками служебные машины, максимально серьёзные люди в форме и без. Еще меня впечатлило видео, где были показаны разбитые стекла такси и залитая кровью спинка водительского кресла – по словам очевидца слетевшая с катушек пассажирка набросилась на водителя, что привело к ДТП, в котором пострадало больше десяти человек. Буйную скрутили и отдали полиции, водителя увезли в скорой с разодранным лицом и лишившимся одного глаза – ногтями вынесла. А я продолжал искать, находить и смотреть один ролик за другим. Везде повторялся один и тот же сюжет – внезапное нападение обычного с виду человека на буквально того, кто оказался ближе всех. На тех видео, где был зафиксирован момент атаки, четко было видно, что атаковавший никого осознанно не искал, не выбирал в толпе, не гнался за кем‑то определенным – он просто сходу атаковал ближайшего к нему.

Никто не знал, что происходит, все это списывали на бухло, наркоту или на психические отклонения. Многие откровенно ржали, не впечатленные чужим горем и смертями – и я снова вспомнил про жестокость и черствость нашего мира.

«Наевшись» подобным зрелищем, незаметно протрезвев, я напился фальшивого вишневого сока прямо из двухлитрового пакета и вернулся к обустройству быта. Дождь продолжал шуметь за порогом, а я, сбегав за досками, ожесточенно пилил, вколачивал гвозди, закручивал саморезы, старательно следил за упрямым пузырьком в шкале уровня и выметал опилки прочь из бытовки.

Сначала в правой стороне бытовки появилась высоко закрепленная кровать – а вернее широкие нары, сделанные на манер кухонного стола. Убедившись, что конструкция более чем прочная, я застелил ее пластиком, прибил его степлером, а потом уже уложил сверху пока скатанный матрас и бросил сверху подушку. Вот и готова моя постель, а в одной из сумок ждет своего часа сложенное верблюжье одеяло еще советских времен – красно‑белое, со странноватым рисунком и колючее. Пододеяльник тоже имеется, но постельным бельем займусь после того, как покончу с побочным производством опилок.

Следующим моим творением стали три идущие друг над другом длинные полки – с ними было проще всего. Я просто отрезал до нужной длины доски, закрепил на них стальные уголки, да и привинтил все это дело к стене над кроватью. Наспех пройдясь по полкам снятой прямо с себя старой футболкой с уже пролитой на нее соком и куба либре, я расставил на них книги, разложил писчие принадлежности и прочую канцелярку, выставил пару фотографий мамы, в угол приткнул ее иконы – обещал маме их беречь и держать на виду. Под кровать запихнул оставшиеся коробки с неразложенными фотоальбомами, картинами и прочим нужным только мне хламом. Отойдя на несколько шагов, я полюбовался сделанным, потом оглянулся и широко заулыбался – ну красота! Бытовка реально преобразилась, а после того, как я раскидал все по полкам и углам, в ней снова появилось удивительно много свободного места.

Как последний и незаметный штрих, я с помощью того же удивительного строительного степлера, явно заменившего многим из нас знаменитый липкий скотч, прикрепил снаружи к оконным рамам не слишком ровно отрезанные квадраты сетки от комаров – этот совет я получил от Николая, с усмешкой заметившего, что не стоит кормить комаров белым городским мяском, чтобы не баловать этих злыдней. К слову, комаров на участке я пока и не видел – думаю еще рановато и однажды они скажут свое веское пискливое слово. Войдя внутрь и закрывая дверь бытовки, я оглядел уже накрытый вечерней темнотой участок с неведомым прежде мне чувством – с опаской. А вдруг и здесь кого‑нибудь вот так «переклинило» и он рыщет сейчас неподалеку? С внутренней стороны двери имелся попутно привинченный мной дверной крючок, купленный в строительном и тогда, я полагал это достаточным средством безопасности для дачных условий в охраняемом поселке, но сейчас… сейчас этот жалкий кусочек закаленной стали меня совсем не радовал. Впрочем, меня больше не впечатляла и сама тонкая дощатая дверь. Да и окна, пусть и небольшие, но защищены лишь сеткой от комаров…

Ладно…