Страсть под грифом «секретно»

Как только нас снова оставляют наедине с Ястребовым, я поворачиваюсь к этому похотливому пернатому поганцу и с улыбкой произношу:

– Так я тоже не Пряничек.

– Почему? Сахарный пряничек. Как по мне, очень похожа.

Он садится ровнее. Сначала поправляет воротник рубашки, а после – манжеты и наручные часы.

– Ты торопишься?

– Нет.

– Очень жаль.

– Я в твоем полном распоряжении. Могу хоть до утра щекотать тебя своим пёрышком, – снова веселится.

С интересом наблюдаю за ним.

Честно? Очень непривычно. Я ожидала какой угодно реакции, но точно не такой. Обычно мужчины очень болезненно реагируют на какое‑либо ущемление их мужской состоятельности.

Никита, к примеру, очень оскорбился, когда на его вопрос: «Понравился ли мне секс?» я ответила: «Нормально».

Больше таких глупостей он не спрашивал.

А здесь, положа руку на сердце, с моей стороны явное приуменьшение его физиологических данных.

– Ты ужасный, знаешь об этом? – решаю увести разговор в более безопасное русло.

– Я? Мне кажется, ты лукавишь. Тебя обманул вот тот урод, – беззастенчиво кивает на появившихся в зале Никиту и Дарину. – А ужасный я. Навык с благодарением тебе явно стоит прокачать. У меня, кстати, есть несколько очень интересных идей…

Его заносчивый тон и взгляд, переведенный в район ширинки, не оставляют полета фантазии.

– Слишком прямолинейно и пошло. Я помню твое заявление, но пока что в ручном режиме.

– «Пока что» звучит обнадеживающе, – томно шепчет мне на ухо в тот момент, когда мой новый бывший вместе со своей невестой усаживаются за столик на противоположной стороне от нас.

Никита выглядит так, будто его долго‑долго во фритюрнице жарили. Покрасневший и какой‑то взлохмаченный.

– Весело вам, я смотрю, – выплевывает едко и переводит взгляд с Олега на меня. В глазах столько осуждения, будто бы это я им полгода пользовалась и беззастенчиво врала.

– Никит, ты чего? – остается только гадать, Дарина реально не понимает, в чем дело, или искусно притворятся, но со стороны выглядит так, будто она удивлена резким поведением своего возлюбленного.

– Мы, вообще‑то, в публичном месте, – сквозь зубы отвечает он. – Здесь нельзя вести себя вызывающе.

– Да ладно тебе…

– Кузнецов, расслабься.

Как бы невзначай Олег подается в мою сторону и закидывает руку на спинку моего стула. Коснувшись пальцами моего плеча, поглаживает ткань пиджака. Провалиться бы куда‑нибудь сквозь землю, но удерживаемые внутри эмоции всё же прорываются. От того места, которого касается Ястребов, по коже расползаются сотни мурашек.

Если бы я чаще контактировала с людьми, такого бы не случилось… Но это не точно.

Моя реакция на этого мужчину необычная и очень волнующая.

– Лене нравится этот ресторан, и я купил его ещё в прошлом месяце. Могу делать здесь всё, что захочу, – заканчивает Олег свою мысль.

Если я думала, что Никита был до этого зол, то ошибалась. Сейчас крылья его носа неестественно раздуваются, а на щеке дергается лицевой нерв.

Ещё утром он казался мне привлекательным. Может, стоит глаза с хлоркой промыть?

– Не припомню, чтобы Воронов собирался его продавать. Опять свои замашки использовал? Давление? Запугивание? – с каждой секундой он заводится всё сильнее.

Почувствовав это, Дарина опускает ладонь на его предплечье, но, очевидно, безрезультатно. Никита одергивает руку.

Возможно, ночью я буду рыдать в подушку горючими слезами, но сейчас мне очень жаль невесту и радостно, что всевышние силы отвели от такого козла.

Хотелось бы узнать, на что он рассчитывал, предлагая мне жить вместе. Реально думал, что я никогда не узнаю о существовании его невесты, а после и жены? Или я со стороны выглядела, как безмозглая, влюбленная и на всё готовая кошка? Это навряд ли.

Будем считать, что, несмотря на скудоумие и отвагу, Кузнецову повезло. Если бы первым узнал о моей связи с женатым мужиком дед, то… Дарина бы мгновенно вдовой оказалась.

Ещё одного позора на свою седую голову мой ближайший родственник точно не потерпит.

– Всё гораздо проще, Никит, – в голосе Ястребова звучит холодная насмешка. – Бабло. А у меня его, как ты знаешь, полно.

Когда у меня начинает складываться впечатление, что эти двое скоро подерутся, Олег неожиданно поворачивает голову в мою сторону. Его лицо приобретает неподдельно безмятежное выражение.

– Ты не против поехать ко мне? Долгий, тяжелый день… Хотелось бы закончить его приятно.

Похоже, ему очень нравится провоцировать Никиту. И в этом мы с ним находим точку соприкосновения. Кажется весьма уместным отплатить человеку его же монетой.

Попрощавшись, мы выходим на улицу в тишине. Ястребов идет за мной следом, и я отчетливо ощущаю, как мой затылок прожигает его потяжелевший взгляд.

Сняв свой мерс с сигнализации, я уже собираюсь забраться, но Олег не позволяет мне открыть дверь. Удерживая её одной рукой, второй обвивает мою талию и прижимает спиной к своей груди.

– Я не шутил насчет продолжения вечера. Уверяю, я очень быстро смогу развеять твою тоску по бывшему.

 

Глава 13

 

 

Я облажалась!

Так вышло, что именно об этом я думаю перед сном, лежа в своей мягкой и уютной постели. Какого, мать его, черта мысли о Ястребове вообще пробрались в мою голову? Как такое могло случиться? Как ему это удалось?

Общение с незнакомыми людьми вот уже много лет вызывает у меня дискомфорт.

Так случилось, что в прошлом мне пришлось по независящим от меня причинам провести в одиночестве несколько месяцев. И если до того момента меня просто нельзя было назвать заводилой и душой компании, то после…

Я, мягко говоря, перестала получать удовольствие от общения с представителями рода человеческого. К тому же возникли трудности с открытием своих чувств и эмоций.

Последнее, как показал итог наших с Никитой отношений, на пользу пошло.