Великие Спящие. Том 1. Эпилог

Звучало это настолько абсурдно, что Яр’мир по началу едва не рассмеялся, но затем представил как использует собранную псевдовладыкой мощь против того же Загорья – или наоборот истинным Владыкой? – прокладывает дорогу для имперских легионов через Стерегущий лес, ставит на место никак не желающий смириться с изменившимся миропорядком Нолд и… сдержался. Что уж говорить, идея была действительно соблазнительная.

– И как вы себе это представляете? Отец, ты устал, пора бы и мне дать миром порулить, да? – криво усмехнулся он. – А ничего, что это пойдёт вразрез с его видением развития империи?

С той стороны зеркала донеслось насмешливое фырканье.

– Согласен, если подать всё именно в таком виде, то реакция императора будет ожидаемая. А вот если сказать, что хотите «подставить плечо», разделить тяжесть молитв миллионов, то его величество может вас и услышать. Ведь не зря же Владыка так старательно дистанцируется от собственного творения, что не вспоминает о нём даже при угрозе жизни…

Яр’мир, который списывал подобное поведение отца лишь на его одержимость Оррисом, нахмурился и принялся тереть лоб. Под таким углом он на ситуацию и вправду не смотрел.

– Мархуз, если подать всё под таким соусом, то может и выгореть, – задумчиво протянул он и тут же замотал головой. – Хотя всё равно нет. Отец любит конкретику, а я даже примерно не представляю как можно организовать данное «разделение».

– О, это как раз проблема решаемая! – словно бы промурлыкал льер Н. – Если у вас есть под рукой кристалл памяти, то я готов хоть сейчас передать развёрнутую схему необходимых для нашей задумки плетений…

– Ничего себе. Лихо вы! – удивился Яр’мир, магическим щупом выдёргивая из кучи вещей на тумбочке в углу комнаты хрустальную сферу и перенося её на полку перед зеркалом.

– Просто я тоже как и ваш отец терпеть не могу впустую чесать языком. Слова всегда должны быть подкреплены делами! – сообщил льер Н. с хорошо различимым самодовольством.

Что, впрочем, не помешало ему сотворить нужное заклинание и, сформировав сотканную из золотых искр пирамиду, толкнуть её вперёд. Картинка в зеркале на мгновение пошла рябью, а когда всё успокоилось, то творение таинственного гостя уже проявилось в шатре Яр’мира и погрузилось в предоставленный им кристалл.

– Ого, – показно восхитился принц, мысленно же отметив, что меры по изолированию артефакта теперь придётся пересматривать.

Прежние его чары, защищающие шатёр от вторжения извне, явно не работали как надо.

– Кстати, я там не только схемы плетений разместил, – сообщил льер Н., явно довольный реакцией собеседника. – Заодно посмотрите подборку исследований нолдских лекарей на тему болезни магов. Вдруг чего не знаете.

– А вот за это особо благодарю! – почти искренне сказал Яр’мир. – Мы хоть с вами и обсуждали уже не раз здоровье отца и необходимость его отречения от трона, но уж чего‑чего, а стать причиной ухудшения его состояния мне бы точно не хотелось! Так что изучу эти материалы со всем тщанием.

– Изучите, изучите… – поддержал его льер Н., словно это не он был тем, кто вообще рассказал Яр’миру про болезнь магов и не он давал советы по изменению ментальной атмосферы в окружении императора. – Наша задача лишь самую малость его ослабить, заставить поверить в необходимость отдыха, а как Владыка уйдёт на покой и вы получите всю полноту власти, так можно будет подумать и о помощи в выздоровлении. Верно?

Яр’мир молча кивнул, однако спустя пару ударов сердца всё‑таки не удержался от реплики.

– Такой уйдёт… Я скорее поверю, что он меня в отставку отправит, чем сам об этом задумается!

– Всё может быть, – развёл руками льер Н. – Однако если не работать и просто ждать, то можно не только всю жизнь в принцах просидеть, но и империю потерять.

– Согласен, – скривился Яр’мир и, уже подняв руку, чтобы погасить зеркало, спросил: – У вас всё? А то у меня скоро совещание в штабе, и я бы не хотел опаздывать…

– Последний вопрос! – торопливо спросил льер Н., разом выйдя из образа этакого спокойного и многознающего мага. Чем немного поднял настроение несколько недовольного затронутыми темами Яр’мира. – Его величество не говорил, чем он займётся после завершения работ над алтарём? А то мы тут его столько критикуем, а он может уже внял вашим словам и собирается на чём‑то гораздо более практичном сосредоточиться… Ничего не знаете?

– Мне он точно ничего не говорил, – помотал головой принц. Сделал паузу и, дождавшись когда раздосадованный собеседник цыкнет зубом, продолжил: – Но вот в Корпусе ходят слухи, что пришёл приказ готовить исследовательскую экспедицию в страну Хань. Мол, уже договорились по дипломатическим каналам о маршрутах, пообещали тамошнему правителю приличествующую случаю взятку, и теперь осталось дело за малым – подобрать людей, подготовить припасы и снарядить корабль для перевозки участников экспедиции с охраной.

– Не понял, исследовательскую экспедицию в Хань??? – окончательно потерял выдержку льер Н. – Зачем?! Что там исследовать‑то?!

– Больше скажу, при заявленном бюджете… сами понимаете, весьма немаленьком… официальной целью названы не поиски магии или каких‑то древних секретов. Нет, участники данного вояжа будут собирать местные сказки! И это… – Яр’мир замолчал и развёл руками.

Впрочем льер Н. продолжил за него.

– И это мархуз знает что!

На чём их беседа и завершилась.

 

⁂

 

Дворец Цветения лилии, окончание строительства которого было приурочено к сорокалетию образования Пяти королевств, князь Чаруэль считал образцом вульгарности и безвкусия. И в общем‑то так думал не он один. То, что было призвано стать зримым подтверждением единства Перворождённых и людей, символом нового будущего, в глазах чистокровных эльфов выглядело лишь как нелепая попытка повторить истинные шедевры старого Маллореана, и не более того.

Увы, времена изменились. Эльфийский народ оказался на грани вымирания, спасение расы потребовало экстраординарных мер, и то, что раньше казалось немыслимым, теперь стало нормой. Люди больше не воспринимаются как разумные животные, повсеместно пропагандируется рождение полукровок, а политики из кожи вон лезут, чтобы сделать из двух разных народов нечто единое и идейно близкое к старому Маллореану.

Собственно Чаруэль, новый князь‑маг практически вымершего клана Фек’яр, был как раз из таких. Глубоко в душе всё так же презирая человечество и все их творения, на поверхности он играл роль защитника людей и проповедника нового порядка. Причём занимался этим столь успешно, что сам не заметил как вскарабкался на вершину власти Пяти королевств, подвинув сородичей из менее пострадавших кланов Литаль и Ориэльта. Он, который по ту сторону океана не мог даже мечтать стать могущественным магом, в новом государстве не просто получил доступ к высшей магии, но ещё и занял место в Совете.

Чудеса!