LIB.SU: ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

Эффект морковного пирога

Книга: Эффект морковного пирога. Автор: А. Дудник

Эффект морковного пирога

 

Автор: А. Дудник

Дата написания: 2023

Возрастное ограничение: 16+

Текст обновлен: 05.07.2024

 

Аннотация

 

Что общего у архитектора и шеф‑повара, расположение кухонных розеток? Анна и Левон встретились вновь, спустя много лет, но, увы, у девушки другие планы, она строит карьеру и не собирается отвлекаться на любовь. Соблазнится ли Анна кухней знаменитого шеф‑повара или останется верна своим обещаниям? Тёплая и уютная осенняя история, о любви, трудностях и вкусной еде, которая не оставит вас равнодушными.

 

А. Дудник

Эффект морковного пирога

 

Посвящается любимой маме, которая научила нас всегда радоваться.

 

ГЛАВА 1

 

Я бегу, чтобы сказать ему, что согласна быть с ним, даже если он скоро умрёт. Но разве так начинают историю? Или, может, я должна начать рассказ с одного холодного ноябрьского утра, когда первый снег падал на землю и превращался в лужи? Хотя нет, там ведь был гололёд и, наверное, мне стоит рассказать про циркуль. Но, так тоже будет не понятно. Ладно, я начну с того, что произошло пару месяцев назад.

Заканчивалось лето. Солнце палило весь день и только‑только скрылось за горизонтом, отпуская наш город из липких лап. На смену жаре пришёл прохладный ветер и свежесть от вечернего полива.

Жители спешили вернуться домой, и переполненная магистраль, как артерия, соединявшая все части нашего города, медленно пропускала через себя сотни и сотни тысяч людей. Всех, кроме меня, ведь я всё еще наводила порядок в архитектурном бюро, собирая чертежи и прибираясь на столах.

Чуть больше года я трудилась ассистентом известного архитектора Бориса Когана. Можно сказать, что он наставлял меня с подросткового возраста, отправил на учебу в архитектурный, а потом взял на работу. Пока что в мои обязанности не входило ничего серьезного, кроме исполнения поручений, от мелких бессмысленных приказов до редких чертежей в AutoCAD.

Но, я была счастлива, ведь большие достижения состоят из маленьких шагов, верно? К тому же, моё упорство всегда приводило меня к цели: сначала учёба в институте, теперь бюро, а дальше карьера великого архитектора, такого, как Борис. Он был гениален, и я считала за честь учиться у него и выполнять даже самые мелкие поручения.

Поэтому, я с удовольствием расставляла по местам инструменты, сортировала документы, бегала в типографию, варила кофе, архивировала протоколы встреч и совсем без энтузиазма собирала грязные кружки в конце дня.

На самом деле, в бюро каждый сам убирал за собой кружки, но, один из наших сотрудников, Адам, словно специально не допивал кофе и расставлял грязную посуду по всему офису. Как‑то так завелось, что их начала убирать я, а он, словно только этого и ждал.

Стоило мне сделать что‑то ему не по нраву, как кружек становилось больше. Вредность Адама я воспринимала как своего рода обряд посвящения. Когда‑то, он сам трудился на должности ассистента, пока спустя пару лет, его не повысили.

Я всё ждала момента, когда и мне доверят настоящее задание. И вот, в тот самый августовский вечер, этот день наконец настал.

Свет фар от машин рисовал линии в тёмной студии, когда я собиралась домой, и в бюро послышались шаги:

– Анна, ты здесь? – раздался голос Бориса.

– Да, – испугалась я, – уже заканчиваю и собираюсь.

– Хорошо. Мы поедем в центр, у нас новый клиент, я хочу, чтобы ты помогала мне с этим проектом. Возьмешь всё на себя, а я буду курировать. Можешь считать это мини‑повышением, – сказал он и облокотился на соседний стол. – Год прошел, верно?

– Правда? Борис! – с восторгом запищала я и почти кинулась к нему на шею, но он жестом остановил меня. – Не могу поверить.

– Поверь, малышка. Собирайся и выходим. Брось эту чашку, пусть Адам сам её завтра помоет.

Я выключила последнюю лампу, и начальник пропустил меня вперед, к лифту. Уже давно я не испытывала дискомфорта, оставаясь рядом с ним наедине. Мы познакомились, когда мне было шестнадцать лет.

Дом моей матери находился посреди леса, кристально‑чистого воздуха и возмутительного отдаления от центра города. Чтобы вовремя попасть на учебу, мне приходилось вставать слишком рано, в надежде поймать попутку или дойти до магистрали пешком, чтобы сесть на автобус.

В середине девятого класса, у поворота к моему дому, остановился Борис и с тех пор, почти каждый день, он подвозил меня до школы. Его маленький двухдверный джип забирал меня ровно в семь, на повороте. Мужчина с длинными седеющими волосами, молча вёз меня мимо спящего города за символическую плату, меньше стоимости моего обеда в столовой.

В его машине всегда пахло парфюмом и корицей, на заднем сидении были разбросаны тубусы с чертежами, а в динамиках, не умолкая, пел Фрэнк Синатра.

Первый раз мы заговорили, когда я везла огромные листы А3 с чертежами по черчению. Борис поинтересовался, нравится ли мне предмет, поспрашивал про то, как фигура будет выглядеть в разрезе и с другого ракурса. Я отвечала, он кивал, и мы снова ехали в тишине. Тогда мне было неловко в его присутствии.

На следующий день, он привез мне книгу по академическому рисунку, потом этюдник и папку для бумаги. Мы стали чаще говорить и, к концу учебного года, я уже решила, что пойду на архитектурный.

Мама была рада за меня, но в целом, как и всегда, больше «отсутствовала». «Да, дорогая! Это прекрасно, дорогая!», и её грустный взгляд снова говорил, что мысль унесла её прочь. Бедная мамочка.

Потом, Борис пригласил меня на экскурсию в свою контору, позже, договорился с мамой и отправил меня на подготовительные курсы в художественную школу. Мы редко говорили о пустяках, всегда либо архитектура, либо жизненный урок: «Мир людей не совершенен, Анна, архитекторы должны и могут сделать его совершеннее». И, никаких эмоций, в этом весь Борис.

За почти восемь лет я привыкла к нему. Он не стал мне отцом, но и романтических чувств к нему у меня не было. Это меня устраивало. Мне было с ним безопасно и я, как могла, заботилась о нём, чтобы отплатить за добро.

Старый джип давно сменил новый, а затем и другой; контора превратилась в бюро в современном здании, в окружении лужаек и охраны. В подземном паркинге Борис открыл для меня дверь и подал руку, чтобы я запрыгнула на переднее сидение.

Прикосновение к его руке, так же, уже давно не вызывало во мне дискомфорт. Более того, он был единственным мужчиной в моей жизни, которого я держала за руку и меня это устраивало.

– Пристегнись, малышка, – сказал он, и мы выехали на магистраль, оставляя тусклый свет в окнах бюро позади нас.

TOC